Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
Вход для друзей

Нужна няня?

Поиск персонала
Магазин

Сказки

Сказки

Издательство: Эксмо

Автор: Горький Максим

269 руб.

Афиша
22.03.2017
Шерлок Холмс

26 марта на малой сцене театра Сац.

подробнее...
14.03.2017
Детский интерактивный спектакль КРАСКИ

Театр Кураж Продолжительность спектакля: 1 час 10 минут ...

подробнее...
14.02.2017
«Память сердца»

22 февраля в 18.00 на Малой сцене Детского ...

подробнее...
14.02.2017
Опера-сказка "Морозко"

25 февраля в 12:00 в Детском музыкальном театре ...

подробнее...
15.03.2017
Развивающий сериал "Расти-механик"

Новый сериал расскажет дошкольникам и их родителям о ...

подробнее...
09.03.2017
Лицензионное соглашение с Nickelodeon Viacom Consumer Products

Лицензионное подразделение международного холдинга VIMN в России Nickelodeon ...

подробнее...
21.02.2017
«Легенды затерянного храма»

В праздничные февральские выходные телеканал Nickelodeon порадует зрителей ...

подробнее...
06.02.2017
«Фильма о любви, снятого собаками»

3 февраля состоялась премьера короткометражного  «Фильма о любви, ...

подробнее...
01.03.2017
Интерактивная квест-игра «Приходи скорей, весна!»

Чудесное путешествие для младших школьников с историями о ...

подробнее...
17.02.2017
Праздник LEGO® «Это наш день!»

4 и 5 марта  компания  LEGO®  устроит большой  ...

подробнее...
16.02.2017
Провожаем зиму в семейном кафе АндерСон

Совсем скоро наступит долгожданная весна, а пока пришло ...

подробнее...
07.02.2017
В семейном кафе АндерСон выберут лучшего «Папу года»

Внимание всем счастливым семействам: в честь Дня защитника ...

подробнее...
10.03.2017
Выставка "Домой"

Фонд помощи животным «Дарящие надежду» и бренд кормов ...

подробнее...
28.11.2016
Музей автомобильных историй

Торжественная церемония открытия «Музея автомобильных историй» состоялась в ...

подробнее...

Исповедь застенчивого ребенка

07.04.2011

Я была единственным отпрыском молодых, неопытных, но очень старательных родителей с педагогическим образованием, воспитывавших меня по методическим пособиям.


Я была единственным отпрыском молодых, неопытных, но очень старательных родителей с педагогическим образованием, воспитывавших меня по методическим пособиям. К тому же у меня имелся полный комплект бабушек и дедушек. А потому долгое время весь мой мир заключался в моей семье — временами доброй, временами вспыльчивой и строгой, но очень хорошо знакомой и насквозь изученной. Все, что было за ее пределами, меня практически не касалось. Ведь родители, полагая, что все делают правильно, мужественно отказались от поездок в гости и сборищ друзей у себя в доме на неопределенное время моего детства. Что такое общественный транспорт, я не знала — все редкие переезды, опасаясь микробов и моей неадекватной реакции, наша семья совершала на такси. В детский сад меня отдавать не спешили — я часто болела. Лето проводила в компании дедушки с бабушкой на большом дачном участке со строгим запретом даже подходить к калитке. А в городе выходила гулять, лишь крепко держа маму за руку, и в основном по ее взрослым делам — в магазин, парикмахерскую, в сквер посидеть на скамеечке и поиграть с куклой, пока она вяжет или читает.
В результате всех этих мер из меня начал получаться самый застенчивый, пугливый и нелюдимый ребенок, какого себе только можно представить. Я начала отчаянно бояться любых контактов с незнакомыми людьми. Еще совсем маленькой при виде чужого человека — случайного гостя, попавшего к нам в дом, соседа, врача из поликлиники, продавца, пожелавшего со мной поздороваться, познакомиться или предложившего мне конфетку, я начинала съеживаться и отчаянно вопить: «А-а, а-а!» Что на языке всех младенцев означает желание
срочно сходить в туалет «по-большому». Конечно, расстроенные родители тут же подхватывали меня на руки и мчались на поиски этого самого туалета, что временами — на улице или в магазине — было совсем непросто. Когда же искомое пристанище находилось, я, очень довольная избавлением от незнакомца, радостно сообщала: «Не-а» — и с обожанием смотрела на родных и нестрашных родителей.
Я не желала играть с другими детьми и при попытке вовлечь меня в общую игру на детской площадке ударялась в слезы. Зато с удовольствием играла с дедушками и бабушками, а еще с большим — одна в своем уголке. Я терпеть не могла перемен. А тем временем они были уже на пороге. Да еще какие!..

Зловредная воспитательница
В четыре года меня все-таки решили отдать в детский сад. И отдали. Привели утром в незнакомое здание, набитое чужими детьми и взрослыми, показали мой шкафчик и — ушли!!! Нет, мне конечно же что-то объяснили. Наверное, что я теперь уже совсем взрослая и буду уходить вместе со всеми утром, как на работу. Что в детском саду я буду играть с другими малышами, есть, спать, гулять, а потом вечером меня обязательно заберут домой... Но этих объяснений я, видимо, не поняла и не запомнила. А вот чувство ужаса, одиночества и
безысходного горя от неожиданной разлуки с семьей и обилия незнакомых людей вокруг помню до сих пор, спустя двадцать лет.
Я беззвучно плакала весь день. Я плакала целых три года своего детсадовского существования — с перерывами на частые, что для меня было своеобразным спасением, болезни. Ведь я так и не смогла привыкнуть ни к воспитателям, ни к одногруппникам, ни к общим занятиям. Конечно, все могло бы быть по-другому. Но на мою беду, детский сад, в который я попала, оказался далеко не лучшим. Воспитатели, которых уже тогда не хватало, были грубы и резки, дети по большей части буйны и драчливы. В этом обществе выживал сильнейший.
Самый бойкий, самый прожорливый, самый нахальный ребенок заслуживал одобрение воспитательниц — его не надо было ждать во время общего обеда, его слушались другие дети и, значит, его можно было назначить старшим в группе, он всегда знал, как заслужить их одобрение или смех. Тихонь и мямлей там не любили. А я была как раз такой.
Целый день я одиноко просиживала в каком-нибудь укромном уголке, неохотно покидая его лишь на время еды, прогулки или тихого часа. Там я придумывала увлекательнейшие игры, в которые не с кем было сыграть, и рассказывала сама себе волшебные сказки. Как выяснилось позже, воспитательницы считали меня умственно отсталой. И конечно же не любили. Ведь я очень медленно ела, постоянно отбивалась от группы и большую часть времени беззвучно плакала. За этот асоциальный образ жизни меня регулярно наказывали: по окончании обеда предлагали всем детишкам сваливать объедки в мою тарелку и угрожали заставить меня это все съесть, если я не научусь жевать быстрее. А однажды во время ежедневной гимнастики произошло событие, запомнившееся мне на всю жизнь — ведь это была первая огромная горькая несправедливость, которая встретилась на моем пути. Мы делали зарядку — полторы дюжины пяти-шестилетних девочек и мальчиков в одинаковых трусиках и маечках. Я очень старалась ничего не пропустить и повторяла все движения воспитательницы. Она была очень строгой, резкой и, как я сейчас понимаю, моложе меня сегодняшней. От каких лишений и неудовлетворенности она так рано озлилась?.. Я боялась ее, а потому усердствовала изо всех сил. И вдруг мальчик Рома, мой главный мучитель, чье лицо и фамилию я помню до сих пор, громко прокричал: «А такая-то не делает зарядку!» «Такая-то» — это, конечно, я. «Ах так, — мгновенно откликнулась воспитательница, — за это она будет наказана». И, прекрасно видевшая, что донос был ложным — самая маленькая в группе, я стояла в первом ряду, прямо перед ней, — она схватила меня за руку и выволокла на лестничную площадку. Я даже не сопротивлялась и не оправдывалась — я не знала как. Дверь захлопнулась, и я осталась одна. На мне, повторяю, были только трусики и маечка, а на дворе стояла зима.
Конечно, на лестничной площадке было немного теплее, чем на дворе. Но только немного.